Евросуд вынесет решение по делу об исчезновении спикера парламента Чечни

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В четверг, 5 июля, Европейский суд по правам человека вынесет решение по делу об исчезновении задержанного российскими военными председателя парламента Чечни Руслана Алихаджиева. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщили в Правозащитном центре (ПЦ) ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

Суд в Страсбурге рассмотрит иск Зуры Алихаджиевой, матери пропавшего чеченского политика, против России. Её жалоба была признана приемлемой еще полтора года назад, 8 декабря 2005 года. Интересы заявителей представляют юристы ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) и Европейского [........] (Лондон).

17 мая 2000 г. сын заявительницы Руслан Алихаджиев, в 1997-1999 гг. занимавший должность спикера парламента Чеченской республики Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах), был задержан представителями российских вооруженных сил в его собственном доме в г. Шали, где он проживал с матерью, женой и четырьмя детьми, сообщается в материалах ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

По свидетельству очевидцев, задержание представляло собой масштабную военную операцию: над домами кружили два вертолета, в задержании принимали участие около 20 военных в масках и камуфляжной форме. При задержании военные не предъявили никаких документов.

Наряду с Алихаджиевым в своих домах были задержаны пятеро его соседей. Все они были отвезены на бронетранспортёрах в направлении г. Грозного с завязанными глазами, а бывший спикер еще и с чёрным мешком на голове и в наручниках. Соседи были отпущены на следующий день и дали показания о том, что произошло с ними после задержания.

Так, свидетели рассказали, что во время их транспортировки к месту расположения российских военных, Руслан Алихаджиев попросил одного из военнослужащих ослабить наручники, потому что у него онемели руки, однако тот отказался это сделать. Через некоторое время Алихаджиев попросил во второй раз, после чего военнослужащий осмотрел его руки и забрал у него часы, документы и деньги. Через час или два они прибыли в пункт, где им велели выйти из машины.

Задержанных, которые по-прежнему оставались с завязанными глазами, повели в подвал. Им приказали сесть на корточках вдоль стены, каждого ударили по голове металлическим шестом и велели сидеть тихо.

Трое из задержанных (не включая Алихаджиева) были вызваны по одному на допрос, который проходил вне подвала в помещении, похожем на амбар. Следствие велось несколькими военнослужащими в камуфляжной форме и масках, которые не назвали своих имен.

Задержанным задавали одинаковые вопросы о том, кто они, принимали ли участие в военных действиях и что им известно об Алихаджиеве.

После допроса их отвели в другой подвал, где разрешили снять повязки с глаз. Руслана среди них не было. Задержанные провели там ночь и утром им опять завязали глаза, в течение примерно часа везли на БТРах и высадили на шоссе неподалёку от их домов.

С момента задержания сына Зура Алихаджиева и члены ее семьи не получали о нем никаких сведений, несмотря на многочисленные обращения в республиканские и федеральные правоохранительные органы. К поискам Руслана Алихаджиева присоединился его брат Русламбек.

Зура и Русламбек Алихаджиевы получили минимум содержательной информации от официальных органов. Следствие по факту исчезновения было приостановлено "в силу невозможности установить виновных".

В то же время, 25 мая 2000 г., выступая на пресс-конференции, генерал-полковник Валерий Манилов, в то время заместитель начальника Генштаба ВС РФ, сообщил, что российскими войсками был задержан ряд командиров незаконных вооружённых формирований, в том числе и Руслан Алихаджиев. Эта информация была подтверждена РИА "Новости" 1 июня 2000 г., но опровергнута на парламентских слушаниях в Госдуме 21 сентября 2000 г. заместителем Генпрокурора РФ Юрием Бирюковым.

Руководство же сепаратистов Чечни утверждало, что полевой командир, спикер парламента Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) Руслан Алихаджиев в августе 2000 года скончался от обширного инфаркта в СИЗО "Лефортово" в Москве, сообщал "Коммерсант". По данным тогдашнего министра иностранных дел самопровозглашённой Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) Ильяса Ахмадова, он умер в результате пыток. ФСБ опровергла даже факт задержания Алихаджиева.

"Известным ичкерийским руководителям, попавшим в руки российских спецслужб, ставился ультиматум: или ты публично объявляешь о своем отказе от участия в бандформированиях, осуждаешь Масхадова, Басаева и прочих, призываешь боевиков отказаться от борьбы и воспользоваться амнистией, которую и сам получишь, или мы тебя ставим к стенке без суда и следствия. Именно так был убит задержанный ФСБ России Руслан Алихаджиев — председатель парламента Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России)", - писал в январе этого года в "Новой газете" Вячеслав Измайлов.

Заявительница в Страсбургский суд жалуется на нарушение ст. 2 (право на жизнь) Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ) в связи с исчезновением своего сына. Она утверждает, что обстоятельства его ареста и содержания под стражей заставляют с большой долей уверенности предположить, что его нет в живых. Она также утверждает, что российские власти не провели надлежащего расследования по факту его исчезновения и вероятного убийства.

Зура Алихаджиева также настаивает, что имеются серьезные основания полагать, что сын подвергался пыткам или иному обращению, запрещенному ст. 3 конвенции, а факт исчезновения ее сына и неуверенности относительно его судьбы нарушил гарантии ст. 3 в отношении ее самой.

Кроме того, заявительница жалуется на нарушение прав ее сына по ст. 5 ЕКПЧ в связи с не признанным властями фактом его содержания под стражей, а также на невозможность прибегнуть к эффективным средствам защиты против этих нарушений (ст. 13 ЕКПЧ).