Представители русскоязычного населения не собираются покидать Ингушетию

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Серия громких преступлений против представителей русскоязычного населения Ингушетии, совершенных летом этого года, не стала поводом для их отъезда из республики.

Так утверждают местные жители. По их словам, русскоязычное население, равно как и местные ингуши, серьезно напугано последними событиями в республике, однако уезжать из республики не собирается.

"После того, что произошло этим летом, многие русские стали бояться за свою жизнь, но я не слышала, чтобы кто-то из-за этого уехал из республики. По крайне мере, из моих знакомых или соседей никто пока не собирается этого делать. Правда, после убийства Люляковых станицу покинули несколько цыганских семей. Уехала жена убитого с детьми, его брат и еще одна семья, кажется, тоже родственники", - рассказала корреспонденту "Кавказского узла" одна из жительниц станицы Орджоникидзевская по имени Фатима.

"Кто хотел уехать, сделали это еще в начале 90-х, когда в соседней Чечне начались беспорядки. Здесь остались либо одинокие старики, которым некуда ехать, либо те семьи, которые полностью ассимилировались с местным населением. Они в совершенстве знают ингушский язык, и даже придерживаются местных обычаев. К тому же многие имеют смешанные браки с ингушами. Я не думаю, что эти люди сегодня захотят все бросить и уехать отсюда", - считает 53-летний житель станицы Орджоникидзевская Магомед.

"Я родился и вырос в станице. У нас было много соседей-русских. В свое время я учился с ними в школе, с некоторыми дружу до сих пор. Я не припомню случая, чтобы мы ссорились или конфликтовали из-за национальности. Десятилетиями люди жили в дружбе, а сегодня из-за каких-то подонков должны все перечеркнуть? Мы сделаем все возможное, чтобы этого не произошло", - говорит он.

Для этого, по словам собеседника, местные жители даже организовали охрану домов, где проживают русскоязычные семьи. При этом рассказывать, каким образом осуществляется ночное дежурство, Магомед не стал. "Я думаю, что это удачная идея, потому что уже почти месяц у нас в станице не происходит никаких инцидентов", - заметил он.

Вместе с тем, сами представители русскоязычного населения в разговор с журналистами вступают неохотно. "Мне 72 года. Всю жизнь прожила в Ингушетии, куда я теперь поеду? - задала встречный вопрос русская женщина, которая не захотела называть своего имени.

Напомним, что летом текущего года в Ингушетии произошла серия нападений на представителей русскоязычного населения.

Наиболее громкими из таких преступлений стали: расстрел цыганской семьи в станице Орджоникидзевская (10 сентября, ст. Орджоникидзевская), убийство главврача станции переливания крови Натальи Мударовой (7 сентября, Назрань), расправа над членами семьи учительницы Веры Драганчук (31 августа, Карабулак), убийство семьи Терехиных - учительницы и двух ее детей (17 июля, станица Орджоникидзевская Сунженского района). Во время их похорон на кладбище взорвалось неустановленное устройство, в результате чего пострадали 11 человек.

По подозрению в совершении данных преступлений правоохранительными органами были убиты и задержаны несколько человек, однако нападения продолжались. Не повлияло на ситуацию и усиление военного контингента в республике. После ввода в Ингушетию дополнительных войск были убиты еще несколько семей.

В последнее время нападения на представителей некоренного населения прекратились. Некоторые связывают это с усилением работы правоохранительных органов, другие считают, что на ситуацию повлияли действия местных жителей, взявших под свою охрану дома, где проживают русские.

По данным властей, в рамках республиканской целевой программы "Возвращение и обустройство русскоязычного населения, ранее проживавшего на территории Ингушетии", с начала 2006 года в Ингушетию вернулось более 500 семей.

В свою очередь, замглавы администрации Сунженского района Антонина Хасиева утверждает, что вернувшихся в республику русскоязычных граждан примерно в 4-5 раз больше, чем официально зарегистрированных.