Чивас: в деле Кусайте появились документы, доказывающие участие ФСБ РФ в литовском следствии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Ранее литовское обвинение отказывалось признавать присутствие в деле Эгле Кусайте, обвиняемой в подготовке теракта на территории России, сотрудников российского ФСБ, теперь же в деле обнаружились документы, подтверждающие слова Кусайте о российский агентах госбезопасности, заявил корреспонденту «Кавказского узла» литовский журналист, занимающийся делом Кусайте в Вильнюсе Томас Чивас.

Напомним, что Эгле Кусайте была задержана в Литве с российской визой в литовском паспорте и билетом в одну сторону в октябре 2009 года. 11 июня главный прокурор департамента по борьбе с организованной преступностью и коррупцией Альгимантас Клюнка заверил, что Кусайте призналась в намерении ехать в Россию, а оттуда в Чечню и там подорваться в людном месте.
 
«В судебных процессах про ФСБ сторона обвинения говорит нехотя. Одно время присутствие ФСБ в деле Кусайте вообще отрицалось, - рассказал литовский журналист Томас Чивас. - Сейчас же, когда появились документы, подтверждающие эту информацию, говорят и ссылаются на договор о правовом сотрудничестве между Литвой и Россией. Но тут есть одна деталь – этот договор подразумевает сотрудничество прокуроров, а не разведок. В этом же виде все это смотрится, мягко говоря, очень странно».

По словам Томаса Чиваса, когда прокуратура Вильнюса узнала о том, что в его распоряжении оказалась эта бумага, а также то, что Чивас собирается придать дело огласке, в том числе и предоставить бумагу, доказывающую участие сотрудников российской ФСБ в следственных действиях по делу Кусайте, корреспонденту «Кавказского узла», представители прокуратуры пытались оказать давление на литовского журналиста. "Однако дальше жалобы литовскому инспектору по журналистской этике дело не зашло", - отметил Чивас.
 
"Суть в том, что Эгле пыталась обжаловать в аппелляционном суде Литвы то, что до этого отклонил суд окружной – придание делу публичности и соединения ее дела с делом Апти и Айшат Магмадовых, а также возвращения дела обратно в прокуратуру – для дополнения, - отметил Чивас. - А дополнить Эгле требует дело материалами из того периода, когда она ездила в Германию. Суть в том, что за ней давно велось наблюдение и ее разрабатывала литовская VSD. Однако апелляционный суд требование отклонил, ответив, что это должен решать окружной суд, и в случае отказа суд обязан предоставить исчерпывающие аргументы своего решения. Однако окружной суд теперь соберется только весной. А дело Магмадовых в России продолжается".

Об участии в деле сотрудников российской госбезопасности сама Эгле Кусайте рассказывала и корреспонденту «Кавказского узла» во время недавней встречи в Вильнюсе.
 
"В конце марта прошлого года, спустя несколько дней после ареста я узнала, что приедут из ФСБ. Приехали трое человек. Это были те допросы, на которых мне вводили лекарства. Первый допрос с русскими состоялся в генеральной прокуратуре при участии прокурора Лауциуса и адвоката Лютвинскаса. Переводчик присутствовал, но допрос шел на русском языке, - вспоминала девушка. - Допросы я помню эпизодически. Там мне вводились какие-то лекарства. Насколько я помню, инъекции делала какая-то женщина. Я, кажется, сопротивлялась. Ни как зашла в кабинет, ни что там было, не помню, но потом появились признания. После первого допроса почувствовала сразу слабость, пошла спать. Как прошел следующий день, не помню".

"8 апреля повезли в какое-то здание с белыми стенами. Зашли в какое-то место временного содержания, какой-то бокс. Через некоторое время вошли трое человек в костюмах, без униформы, которые ко мне обратились по-русски. Насколько я поняла, это были те же, из ФСБ. Я плохо помню сейчас эти допросы, но один из тех, кто зашел, был похож на того, который участвовал в первом допросе у Лауциуса, - рассказала Кусайте. - Другие двое — незнакомые. Сначала обращались по-хорошему. Сказали: «Ты же умная девушка, скажешь все, что нужно. Мы знаем, что ты знаешь больше, но ты не говоришь. Дай показания против Магмадовых. Тебе же самой будет лучше». Насколько помню, я вообще ничего не говорила, даже отвернулась просто от них. Тогда начали бить. Не помню точно, кто, куда бил, но били и по бокам, и за волосы дергали, ударили об стенку, об пол, били в район почек".

По словам Эгле Кусайте, ее жалобы на самочувствие игнорировались персоналом следственного изолятора. "Нас в камере пятеро было, но остальные уже привыкли к тому, что я была все время странная. В деле, кстати, есть допрос, которого на самом деле никогда не проводилось: что я употребляла наркотики, которых я никогда не употребляла. Потом в последние дни были угрозы, что меня увезут в Россию и взорвут, и точно так же Айшат Магмадову. И что ничего не стоит это все оформить, как бегство из тюрьмы. Еще говорили, что Айшат обольют серной кислотой, Апти выколют глаза, что они будут есть только то, что достанут из туалета", - рассказала она корреспонденту "Кавказского узла".

По словам девушки, на следствии она все же дала признательные показания "лишь в обмен на обещание, что ее чеченские друзья из России Апти и Айшат Магмадовы останутся живы".

Напомним также, что 14 января апелляционный суд Литвы отклонил ходатайство Эгле Кусайте, в котором она просила сделать ее судебный процесс открытым и объединить ее дело с делом находящихся под судом в России уроженцев Чечни Апти и Айшат Магмадовых.

По словам представителя литовской ассоциации "Литва-Чечня" Гинтаутаса Букаускаса отклонение ходатайства Кусайте говорит о том, что литовские суды зависимы от VSD, которые заинтересованы в закрытых режимах судебного заседания: "Судья от VSD получает разрешение работать с секретной информацией. В Литве есть только единичные случаи, когда судьи принимают независимые решения, если в деле присутствует VSD".