Владелец минарета в Северной Осетии утверждает, что не собирался строить мечеть

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Руслан Рубаев, владелец и автор минарета в Фиагдоне, строительство которого вызвало общественный резонанс в этом населенном пункте, считает минарет всего лишь колоритной архитектурной постройкой. Он заверил, что не собирался строить мечеть.

Напомним, 6 февраля в Фиагдоне прошло собрание жителей селений Куртатинского ущелья, в ходе которого его участники требовали у руководства Алагирского района запретить Руслану Рубаеву строительство минарета и молельной комнаты.

Они собрали 493 подписи под обращением к президенту России Дмитрию Медведеву с просьбой оказать содействие в воспрепятствовании строительству. По их мнению, организация мусульманской общины в ущелье может создать прецедент для межрелигиозной конфронтации.

Рубаев, в свою очередь, недоумевает, почему люди выступают против
строительства минарета во дворе его дома: "Я спрашивал, есть ли в этом нарушение закона? Поскольку вмешались в мою личную жизнь, то я оставляю за собой право защищать свои интересы и права согласно законодательству и конституции. Пусть каждый за "круглым столом" выскажет свое мнение".

Как рассказал Рубаев, местные жители, старейшины, которые приходили к
нему домой, не заметили там ничего такого, что не соответствовало бы
их религиозным и нравственным убеждениям. "Там были представители
администрации, района, совета и старейшины. И кроме благодарности я от
них ничего не слышал. Это было за день до событий в ДК", - уверяет он.

"Ни о какой мечети речи не идет. Это просто колоритная архитектурная пристройка. Если это принципиально, то не будем ее завершать, нет никаких проблем. Но что это поменяет у нас? Я не вижу смысла раскачивать ситуацию, тем более что эта постройка не предназначена для общего пользования, она - индивидуальная. Почему, допустим, вы дома окна делаете квадратные, а не овальные? Если я что-то нарушаю, то готов выслушать это и признать", - добавил Рубаев.

У главы Алагирского района Артура Баракова нет окончательного мнения о строящемся объекте в Фиагдоне. "Согласно законодательству, человек имеет право строить что хочет и исповедовать ту религию, которую хочет. Но, конечно, есть традиционные места мусульманства и христианства. Надо определять все в рамках цивилизованных методов. Если все-таки народ категорически против постройки, то Рубаев должен это услышать. Но ни в коем случае нельзя решать этот вопрос силовыми методами", - заявил глава района.

"Там молельная комната 3 на 4 метра. Минарет, конечно, обозначает, что это будет мусульманское место", - отметил он, добавив, что ранее люди были также против строительства монастыря в Фиагдоне.

Он также отметил, что большинство участников схода, который прошел 6 февраля, не были жителями Фиагдонского ущелья: "Честно говоря, все было похоже на экстремистские выходки. Это было мнение всего лишь двухсот человек, а в одном Фиагдонском ущелье проживает более двух тысяч человек. В ДК было только 30% молодежи из Фиагдона, остальные - организованная молодежь, которая откликнулась на смс-рассылку".

В среду, 16 февраля, в эфире телекомпании АРТ состоится "круглый стол", где будет обсуждаться вопрос строительства минарета. Ожидается, что в нем примут участие представители Духовного управления мусульман, представители Алагирского района, а также те, кто выступает против строительства.

Как сообщал "Кавказский узел", зампредседателя республиканского комитета по законодательству, законности и местному самоуправлению Валерий Гизоев считает, что отношение к исламу в Северной Осетии после теракта в Беслане в 2004 году меняется в лучшую сторону. Гизоев уверен, все, что в республике делается для поддержки ислама, оправданно.

По словам исполняющего обязанности муфтия Северной Осетии Хаджи-Мурата Гацалова, больше всего этнических мусульман (до 30% местного населения), проживает в Правобережном районе республики. Они живут в основном в селах Зильги, Заманкул, в Беслане. При этом Гацалов отметил, что процент людей, совершающих мусульманские обряды, не высок, он не достигает и 10%.