Матери убитых дагестанцев разочарованы решением о возврате дела в Грозный

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд в Чечне не сможет объективно расследовать дело дагестанцев, которые, по версии чеченских силовиков, были убиты в перестрелке, считают матери посмертно обвиненных. Родные также рассказали о дне исчезновения убитых.

Как писал "Кавказский узел", 12 августа Верховный суд России отказался переносить в другой регион рассмотрение дела восьми дагестанцев, которые, по версии чеченских силовиков, были убиты в перестрелке. 

Родные восьми убитых в Чечне дагестанцев разочарованы решением Верховного суда России, отказавшем переносить рассмотрение дела в другой регион. Мать Камиля Джамалудинова надеялась на объективное решение Верховного суда России.  

"В Чечне никогда никакого объективного расследования дела … не было и не будет. Я надеялась, что хотя бы в Верховном суде РФ будет принято объективное решение", - рассказала корреспонденту "Кавказского узла" Аминат Джамалудинова. По ее словам, "надежды на оправдание сына уже не осталось". 

Мать Пахрудина Махаева Бурлият не удивлена решением Верховного суда России. "Такое решение было ожидаемо. А объективное расследование в Чечне исключено. Суд за преступление, которое наши дети не совершали. Если бы наши дети действительно были террористами, мы три года не доказывали бы обратное", - сказала корреспонденту "Кавказского узла" Бурлият Махаева. Она тоже уверена, что "суд в Чечне не оправдает их сыновей". 

Умрайхан Гасанова, мать Ислама Магомедова, также исключает возможность объективного рассмотрения дела в Верховного суде Чечни. "Конечно, об объективном рассмотрении дела в Чечне и речи не может быть. Думали, что это возможно в другом регионе", - рассказала Гасанова корреспонденту "Кавказского узла".

По ее мнению, такое решение было принято из-за того, что "дело сфабриковано". "Наших детей похитили в Дагестане, и есть свидетели и биллинг (телефонных соединений). Есть видеозапись с погоней. А утверждают, что наши дети уничтожены в спецоперации. Никакой спецоперации не было, а если даже она была, то, не в отношении наших детей. ...Когда мы у следователей спрашивали, где наши дети были с 4 октября по 9 октября, и как они могли попасть в Чечню, они опускали головы и стучали ручкой по столу. Ни один из трех следователей так и не ответил", - отметила Гасанова. 

Мать Шамиля Джамалутдинова Мадина согласилась с мнением остальных матерей.  "К сожалению, принято такое решение. Какое объективное решение может быть в Чечне?! Никакое!" - прокомментировала Мадина Джамалутдинова корреспонденту "Кавказского узла". 

Матери убитых дагестанцев рассказали про день исчезновения сыновей

23-летний Пахрудин Махаев жил в 2016 году в Хасавюрте, где занимался перепродажей подержанных машин. За два месяца до исчезновения женился, рассказала его мать Бурлият.

"Он закончил университет, юридический факультет. По специальности не работал … Уезжал вместе с отцом работать в Москву, в 16 лет разгружал стройматериалы у соседа на базе…. Затем стал заниматься перепродажей [в Дагестане]", - процитировало 12 августа Бурлият Мамаеву издание "Настоящее время".

По словам Мамаевой, 28 сентября 2016 года вечером Пахрудин уехал с друзьями на "Газели" в сторону Каспийска. Сама Мамаева высказалась против поездки. "Почему такая настороженность? Потому что [Пахрудин] носил бороду, потому что он молился. Это у нас в республике не очень приветствуется. …Он был на лечении, я ему сама колола [уколы]", - рассказала Мамаева.

Мамаева также уточнила, что, когда утром на следующий день Пахрудин не вернулся домой, родители провели биллинг телефона и выяснили, что он находится в махачкалинском Центре по противодействию экстремизму. Там Мамаевой вначале подтвердили задержание сына, а позже - опровергли.

"Вторая четверка, которая в Хасавюрте была похищена, наши дети с ними вообще не общались. Я всех друзей сына знала, всех", - цитирует Мамаеву издание.

Мать Камиля Джамалутдинова Аминат сообщила изданию, что в 2016 году ее сыну было 25 лет. "Он жил в Хасавюрте, окончил экономический факультет. Работал продавцом в магазине спортивной одежды и занимался перепродажей машин, готовился к свадьбе. Ходил на работу, на тренировки, изучал арабский, Коран. По моему настоянию пошел на перевод с арабского", - рассказала Аминат Джамалутдинова о своем сыне.

По словам Джамалутдиновой, 4 октября ее сын шел из мечети домой, когда его предложили подвезти друзья. По дороге что-то случилось с машиной, и они заехали на техстанцию, где их и похитили, сообщила женщина. О том, что сын не дома, она узнала ближе к вечеру, когда вернулась из поликлиники, где работает педиатром. Джамалутдинова рассказала, что звонила сыну, но у него был отключен телефон.

"[Четверо пропавших в Хасавюрте] ходили все в одну мечеть. Я не знаю, с этим связано или нет… Когда первая четверка пропала, я об этом узнала на третий день. Я сказала Камилю, чтобы он не ходил лишний раз по улице, чтобы в мечеть не ходил. У него была маленькая бородка. Я ему сказала ее убрать. А он: "Мама, я что сделал? Я же ничего такого не сделал, чтобы меня забрали", - рассказала Джамалутдинова изданию.

На сайте Верховного суда России на 14.00 мск сегодня нет информации о том, какое принято решение по ходатайству адвокатов о переносе территориальной подсудности дела восьми убитых дагестанцев. 

Напомним, что по версии силовиков, 9 октября 2016 года в Гудермесском районе Чечни в перестрелке были убиты восемь предполагаемых боевиков и ранены четверо полицейских. МВД республики заявило, что все убитые входили в одну группировку и планировали диверсионно-террористические акции. В апреле 2017 года прокуратура Чечни заявила о нарушениях при расследовании дела. В частности, по данным прокуратуры, к материалам дела не были приобщены результаты судебных экспертиз, а также не был допрошен ряд свидетелей.

"Кавказский узел" следит за ситуацией в Дагестане и ведет хронику вооруженных инцидентов, нападений, взрывов и похищений людей.