Аналитики указали на дефицит информации о погибших при спецоперации жителей Юга России

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Истинные масштабы потерь при спецоперации на Украине невозможно оценить до ее окончания, заявил главный научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Алексей Малашенко, комментируя информацию местных властей о погибших уроженцах Юга России. Как правило, больше всего контрактников из бедных регионов, что объясняет частые сообщения о потерях среди уроженцев Дагестана и других республик СКФО, предположил старший научный сотрудник Центра евроазиатских исследований МГИМО Ахмет Ярлыкапов.

Как писал "Кавказский узел", первым о гибели на Украине военного, офицера Нурмагомеда Гаджимагомедова, сообщил 26 февраля глава Дагестана Сергей Меликов. С начала спецоперации на Украине стало известно о гибели не менее 142 уроженцев Северного Кавказа и 58 жителей Южного федерального округа, эти данные получены в результате собственных подсчетов "Кавказского узла" на основании официально подтвержденных данных. Наибольшее число погибших насчитывается в Дагестане, известно о гибели как минимум 76 уроженцев республики.

В целом, в армии и в других силовых структурах больше контрактников из небогатых регионов России, чем из успешных, считает старший научный сотрудник Центра евроазиатских исследований МГИМО Ахмет Ярлыкапов. «Так, например, много бурятов, казахов из приграничных с Казахстаном областей России — Оренбургской. Астраханской. Депрессивные районы дают больше людей в контрактники и, соответственно, больше потерь», - считает он.

«Это общая информация, что контрактников из Дагестана много. Причиной тому - бедность. Например, Табасаранский район очень бедный, поэтому среди военных по контракту много табасаранцев. Почему именно в Дагестане признали много погибших, а в Чечне, к примеру, мало, - это закрытая «кухня» [...] Возможно, в каждом регионе этому есть свое объяснение. Кому-то выгодно сообщать о потерях, кому-то - умалчивать информацию о них», - пояснил он.

Главный научный сотрудник института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН Алексей Малашенко усомнился, что об истинных масштабах потерь можно судить во время продолжающейся военной операции. «О них (потерях) мы узнаем гораздо позже», - предположил он.

«Сообщения о потерях - это дело именно региональных руководителей [...] Вероятно, никаких установок от федеральных властей по этому вопросу нет», - полагает военный эксперт Александр Храмчихин. 

В различных государствах в период активных боевых действиях данные о потерях регулируются совершенно по-разному, сказал военный эксперт. «В каждой стране имеются свои правила на этот счёт [...] Если взять США, то к информации о потерях там подходят дифференцированно. Там публикуются почти сразу сведения о потерях «традиционных» вооруженных сил. Но никогда не публикуются данные о потерях сил специального назначения. Их потери засекречены могут быть навсегда», - рассказал Храмчихин.

Напомним, Минобороны России впервые признало потери на Украине лишь 27 февраля, не уточнив число погибших. 2 марта ведомство сообщило, что в спецоперации погибли 498 российских военнослужащих, еще 1597 получили ранения, 25 марта ведомство заявило о гибели 1351 военного, еще 3825 получили ранения. С 25 марта Минобороны не озвучивало данные о числе погибших, но о гибели земляков регулярно сообщают власти регионов и муниципалитетов.

"Кавказский узел" ведет поименный список уроженцев юга России, погибших в ходе военной операции на Украине. Список составлен на основании официально подтвержденных властями регионов данных.

* 21 марта Тверской суд Москвы запретил в России деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) в связи с экстремистской деятельностью.