Чечня между выстрелами и выборами

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Программу ведет Иван Толстой. Участвуют корреспонденты Радио Свобода на Северном Кавказе Муса Хасанов и Тимур Салимов, и аналитик британской консалтинговой фирмы "Jane's Group" Денис Трифонов.

Иван Толстой: Наша тема: Чечня между выстрелами и выборами, последние события и ближайшая перспектива глазами наших корреспондентов и экспертов. В преддверии выборов в республике сложилась напряженная обстановка в связи с активизацией сторонников сепаратистов. Руководство Чечни, в то же время, говорит о стабилизации ситуации. Рассказывает Муса Хасанов:

Муса Хасанов: Вот уже несколько дней, как администрация, правительство и жители Чечни живут без фактических руководителей республики Ахмада Кадырова и Анатолия Попова, находящихся за пределами Чеченской Республики. Кадыров, вернувшийся из Америки, по данным пресс-службы правительства Чечни проводит встречи с представителями чеченских диаспор в различных регионах России, в то время, как Анатолий Попов после полученного в минувшую субботу пищевого отравления находится на излечении в Центральной клинической больнице Москвы. Хотя население информировано, что Кадыров в связи с выборами находится в отпуске, а исполняющему его полномочия Попову действительно оказывается медицинская помощь, среди жителей Грозного и некоторых других населенных пунктов республики зреют панические настроения, которые подогреваются слухами о готовящемся в чеченской столице крупномасштабном боевом столкновении, запланированном полевыми командирами в день проведения президентских выборов.

Между тем, заместитель министра внутренних дел республики полковник Ахмед Дакаев, являющийся одновременно начальником штаба по обеспечению безопасности предстоящих в Чечне выборов, утверждает, что никаких причин для беспокойства нет, и что ситуация в Чечне полностью подконтрольна республиканским правоохранительным органам и российским силовым подразделениям. Со слов Дакаева, чеченская милиция продолжает проводить комплекс мероприятий по обеспечению безопасности граждан Чеченской Республики, который включает в себя предотвращение террористических актов, обнаружение и ликвидацию вооруженных формирований чеченских моджахедов, и пресечение каналов финансирования полевых командиров Аслана Масхадова. Однако, стоит отметить, что, как фиксируют сотрудники дежурной части МВД Чечни, с 15 сентября этого года по всей республике участились нападения и взрывы, осуществляемые чеченскими моджахедами именно в тех местах, где российские силовики переведены на усиленный режим несения службы. К примеру, за прошлую неделю моджахеды взорвали и подожгли 12 избирательных участков в Старопромысловском, Октябрьском и Заводском районах республики, которые находились под круглосуточной охраной чеченских силовиков. Более 30 сотрудников республиканской милиции убиты и получили ранения в результате нападений моджахедов с 19 сентября по сегодняшний день. Хотя руководство МВД Чечни заверяет, что силовые подразделения республики и руководство Объединенной группировки военнослужащих Внутренних войск на Северном Кавказе не допустят повторения августа 1996-го года, многие жители Чечни не уверены, что если сторонники Масхадова запланировали на 5 октября показательную серию крупных диверсионных акций, то федеральные силы смогут воспрепятствовать их осуществлению.

Иван Толстой: Перед выборами в Чечне осложняется обстановка и на сопредельных с мятежной республикой территориях, особенно в Ингушетии и Дагестане. Рассказывает Тимур Салимов:

Тимур Салимов: Здесь живут ближайшие родственники чеченцев, ингуши и акинцы. Здесь нашли приют тысячи беженцев из Чечни, и еще тысячи людей каждый день пересекают границы республики, отправляясь на рынки и в больницы Ингушетии и Дагестана. В Ингушетии после подрыва здания управления ФСБ правоохранительные органы резко активизировали свою работу. Был проведен ряд задержаний и арестов участников незаконных вооруженных формирований. Из последних успехов - разгром лаборатории по производству взрывчатки в Карабулаке и задержание нескольких активных сепаратистов. Последнего арестованного в воскресенье подозревают в причастности к захватам заложников в Москве и терактам в Моздоке и Магасе. И тут же понесла потери ингушская милиция. В понедельник милицейский наряд попал в засаду на окраине Карабулака. Пятеро бойцов ОМОЕ получили тяжелые ранения. Во вторник стало известно, что один из них скончался в больнице.

В Дагестане ситуация приобрела еще более острые формы. Здесь милиционеров убивают регулярно. Во вторник в Хасавюрте убиты пятеро сотрудников местного райотдела - три следователя, оперативник и патрульный милиционер, их расстреляли из пистолета в центре города. Известно, что и погибший оперативник, и следователи работали по одному делу о террористической группе "Джанаб" - рай, в переводе с арабского, действовавшей на территории Афганистана. За последние месяцы арестованы 9 членов этой группы. А на прошлой неделе в горах Дагестана была задержана группа вооруженных людей. Пока им предъявлено только одно обвинение - в незаконном хранении пистолетов и автоматов, однако, оперативники не сомневаются, что предотвратили покушение на заместителя министра внутренних дел республики Магомеда Омарова.

И в Ингушетии, и в Дагестане принято заявлять, что следы всех громких преступлений такого рода ведут в Чечню. Во вторник в Хасавюрте об этом заявил и заместитель генерального прокурора России Владимир Колесников. Он связал последние покушения на сотрудников правоохранительных органов с активизацией их работы в приграничных с Чечней районах. Официальные власти косвенно признают, что конфликт в Чеченской Республике накануне выборов там президента не только не локализован, но и расползается по всему Северному Кавказу.

Иван Толстой: Прокомментировать последние события на Северном Кавказе мой коллега Андрей Шарый попросил аналитика влиятельной британской консалтинговой фирмы "Jane's Group", специалиста по вопросам безопасности Дениса Трифонова:

Андрей Шарый: В последние недели заметно оживление акций вооруженной чеченской оппозиции не только в самой Чечне, но и за пределами республики. Речь идет и о вторжении в Карабулак, в понедельник в Ингушетии, и о диверсиях и терактах последнего времени на территории Дагестана. По вашей информации и вашему мнению, речь идет о случайном совпадении нескольких операций, проведенных накануне выборов в Чечне, или о том, что спланирована какая-то сознательная акция?

Денис Трифонов: С моей точки зрения, чеченские сепаратисты, безусловно, интенсифицировали свои боевые действия в преддверии президентских выборов в Чечне, и это понятно. Во-первых, есть такая информация о том, что именно боевики, которые до сих пор подчиняются Масхадову, проводят серию операций против федеральных войск, чтобы дискредитировать президентские выборы в Чечне. Нужно иметь в виду, что на данный момент единственный законно избранный политик в Чечне, до сих пор - Аслан Масхадов, несмотря на то, что, кажется, он должен был бы быть уже переизбран, и мне кажется, что вся эта серия терактов связана с преддверием выборов.

Андрей Шарый: Денис, представитель федеральных сил, проводящих боевые операции в Чечне, заявил о том, что численность отрядов вооруженного сопротивления составляет 1000-1500 человек. Такие же данные примерно приводились примерно три года назад, когда чеченская война только начиналась. По вашим оценкам, насколько структурировано и едино чеченское сопротивление, можно ли говорить о едином командовании, и какова, по вашим оценкам, численность отрядов сопротивления?

Денис Трифонов: Во-первых, естественно, боевиков больше, чем тысяча-полторы тысячи. Трудно дать оценку, но я думаю, что эта цифра больше на порядок, чем то, что приводят федеральные войска. Безусловно, уже нет единых вооруженных сил, которые подчиняются Масхадову, и которые выполняют какие-то единые приказы по борьбе с российскими вооруженными силами. В принципе, я бы выделил три основные группы, из которых состоит чеченское движение сопротивления. Во-первых, это силы, которые до сих пор подчиняются Масхадову. Это те боевики, которые составляли костяк национальной гвардии Масхадова, обороняли Грозный в 1999-2000-м годах. По оценкам западных экспертов, Масхадову подчиняется примерно одна треть боевиков, всех, которые воюют в Чечне. Во-вторых, есть более аморфная структура, которую, в принципе, можно назвать партизанское сопротивление. Это люди, которые в свое время вели вооруженную борьбу против федералов, затем, в 2000-2001-м годах, вернулись домой, но, тем не менее, особенно в населенных пунктах, где они живут, они выполняют какие-то акты диверсий против федералов. И третье - то, что называют "непримиримые", движение, которое очень сильно финансируется различными исламскими организациями на Ближнем Востоке, это как раз те боевики, про которых недавно российская сторона вела переговоры с саудовской во время визита саудовского кронпринца в Москву. Это группа, которая, в принципе, по сведениям российским и по информации, которая есть на Западе, имеют отношения, хотя бы опосредованные, с "Аль-Каидой". Интересно, что эти боевики, "непримиримые", зачастую конкурируют с движением Масхадова, и есть примеры, когда масхадовцы даже сотрудничали, по непроверенной информации, с федеральными силами, ФСБ в частности, по уничтожению каких-то лидеров этих боевиков. В частности, на Западе существует такое мнение, что люди, которые близки к Масхадову, сотрудничали с ФСБ во время покушения на Хаттаба.

Андрей Шарый: Денис, что можно сказать сейчас об иностранном военном присутствии на территории Чечни? Есть ли на Западе оценки, есть ли сколько-нибудь серьезное численное присутствие боевиков из арабских, других исламских стран среди чеченского сопротивления?

Денис Трифонов: Да, безусловно, есть, их немного, никогда не было их большого количества, но зачастую это наиболее хорошо подготовленные и вооруженные элементы чеченской оппозиции, и, несмотря на такие инциденты, как убийство Хаттаба, российские федеральные силы до сих пор не смогли уничтожить, по моей информации, большинство этих боевиков. Речь идет о 500, с моей точки зрения, до 1000 людей, в основном, арабского происхождения, которые приехали в Чечню в 1999-м - 2000-м годах. Многие из них очень хорошо подготовлены, не только с точки зрения ведения ближнего боя, но также и с точки зрения проведения террористических, диверсионных операций, изготовления самодельных бомб, гранат и так далее.

Опубликовано 1 октября 2003 года