Джихад охватывает Кавказ

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Российский президент Владимир Путин хотел, собственно, поболтать о теннисе и получить яркие протокольные фотографии. Путин ждал в Кремле красавицу Марию - Машу Шарапову: ожидалось, что 18-летняя спортсменка выиграет в Москве в прошлый четверг Кубок Кремля.

Но вместо Маши появился Саша. Генерал-полковник Александр Чекалин, заместитель министра внутренних дел России, принес Путину известие о том, что один из российских северокавказских городов вместе с его 280 тысячами жителей оказался в руках сотен исламистских террористов. Следующие тридцать часов в Кремле царило чрезвычайное положение. Путин собрал своих так называемых силовых министров - глав ФСБ, армии и милиции - и склонился над картой Кабардино-Балкарии.

Северный Кавказ официально называется "зоной проведения контртеррористической операции", у России здесь под ружьем находится 250 тысяч человек. Тем не менее двумстам вооруженным мятежникам удалось атаковать правительственное здание в Нальчике, столице Кабардино-Балкарии.

91 убитый террорист, 39 арестованных, 24 погибших мирных жителей, 25 убитых милиционеров и несколько сотен раненых - таким был подведенный чуть позже итог уличных боев. Путин мгновенно отдал приказ уничтожить всех мятежников. Под деревьями на улице Ленина еще лежали трупы, а президент России уже сделал выводы. "Хорошо, что правоохранительные органы, силовые ведомства действовали слаженно, эффективно. В будущем мы будем действовать так же".

Несмотря на демонстрацию его силовой активности, ставится вопрос, как 200 бойцов, вооруженных автоматами Калашникова, боеприпасами и взрывчаткой, смогли беспрепятственно проникнуть в город? На всех выездных магистралях Нальчика уже многие годы стоят милицейские посты. На сотнях постов Северного Кавказа проводится проверка паспортов, военные вертолеты совершают разведывательные полеты.

Ответ прост. На коррумпированном Кавказе мятежники и военные действуют рука об руку. Бойцы платят коррумпированным стражам за проезд по дорогам. Лесные тропы, по которым продвигаются мятежники, это тоже надежный вариант. "Однажды в лесу мы окружили группу из двенадцати боевиков и вызвали по рации военную авиацию, чтобы та обстреляла соответствующий квадрат, - вспоминает Сергей, молодой офицер пограничных войск. - И вдруг мы услышали, что генерал приказал очистить дорогу".

Сергей рассказывает, что согласно приказу в определенное время определенные участки пути не контролируются. Идет ли речь о контрабанде бензина, высококачественной чеченской нефти или торговле угнанными "Мерседесами", крадеными автоматами Калашникова, пластитом или героином, зарабатывают на этом обе стороны.

"Наше основное зло - это коррупция. Наши органы безопасности коррумпированы. До тех пор пока от этой болезни страдает большинство подразделений спецслужб и милиции, поворота к лучшему не будет", - сказал депутат Госдумы Геннадий Гудков на следующий день после атаки на Нальчик. Самое любопытное, что он принадлежит к прокремлевской партии "Единая Россия", в которой критика спецслужб вообще-то строго запрещена.

Нищета, 80-процентная безработица, но прежде всего отсутствие перспектив облегчают молодым мужчинам принятие решения об участии в вооруженном сопротивлении. Его ячейки, исламские общины, или джамааты, связаны в единую общекавказскую сеть. Ваххабизм, радикальное течение ислама, возникшее в Саудовской Аравии, которое с 1990-х годов приобретает на Кавказе все новых и новых приверженцев, - это их общий знаменатель.

Правозащитная организация ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) называет систему власти в семи российских северокавказских республиках "теневым режимом". "Она включает в себя сотрудников спецслужб, милиционеров и военных, которые хозяйничают там как хотят. Над ними нет никакого демократического контроля, - говорит сотрудник ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Григорий Шведов. - Эти полугосударственные теневые структуры командуют эскадронами смерти, пытают и убивают. Все это - во имя борьбы с террором". ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) говорит об "эрозии государства".

Чеченский полевой командир Шамиль Басаев противостоит Путину в качестве мозгового центра террора. Басаев называет себя Абдаллах Шамиль Абу-Идрис и, очевидно, не испытывает никаких затруднений с тем, чтобы вооружить сотни террористов и посылать на им же провозглашенную религиозную войну, на джихад.

Говорят, что за три дня до нападения на Кабардино-Балкарию Басаев встречался с боевиками. Об этом, во всяком случае, рассказывает чеченский эмиссар Ахмед Закаев, получивший политическое убежище в Великобритании. Закаев назвал нападение "демонстрацией силы" и не исключил последующих "операций" в других российских регионах. Очевидно, Басаев хотел таким образом подать сигнал перед парламентскими выборами, которые пройдут в Чечне 27 ноября.

Война на Кавказе привела Путина к власти. В 1999 году под его руководством как премьер-министра армия вошла в Чечню, и это принесло ему популярность. Сегодня он стал заложником ситуации, ибо Россия не может защитить своих граждан от террора как следствия этой войны.

Однако денег для осуществления "плана Маршалла" на Северном Кавказе в наличии не имеется. Сегодня перед каждым, приезжающим на Кавказ, предстают беспризорные дети, играющие на выжженной траве в футбол банками из-под колы, поденщики, десятками стоящие на магистралях в ожидании, что кто-нибудь предложит им работу. В обычный учебный день на обочинах дорог он увидит подростков и стоящие рядом стеклянные банки: они наполнены ворованным бензином, который переливается всеми цветами радуги.

Йенс Хартманн

Опубликовано 17 октября 2005 года