Зиндан для тайного голосования

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Чечне настолько привыкли за шесть с лишним лет последней войны выбирать часто и нечестно, что ажиотажа по поводу грядущего наступления парламентаризма не наблюдается. Тем более что цементируют эту всеобщую народную апатию нравы тотального рэкета, прочно установившиеся в республике. Все крутится только вокруг "заплатил - не заплатил". Чиновничество и местные силовики или обложены данью, или получают ее с других. Людей продолжают похищать ежедневно - в этом смысле ничего не изменилось, только причин практически всех похищений теперь лишь две. Или не расплатился (вариант для чиновников). Или не откупился (вариант для боевиков-расстриг).

Мой старый знакомый Магомед из Гудермеса - человек заметный и знаменитый в республике. Мягкий образованный человек, в былые годы написал хорошую книжку о чеченском художнике Павле Захарове. Взорванный Кадыров-папа сначала сделал Магомеда, остро нуждавшегося в те годы в средствах (в доме было много сирот), министром труда и социального развития. А позже и первым социальным вице-премьером. Воровал ли Магомед?

Недавно кадыровцы похитили Магомеда, утащили в Центорой (село-крепость кадыровского клана, где теперь главная республиканская "воспитательная" база, для чего в Центорое понарыто зинданов), помутузили хорошенько и выставили счет. 200 тысяч долларов - если не хочет пропасть без вести и навсегда пополнить правозащитные списки как бесперспективно похищенный. 200 тысяч долларов - так сказать, долг с процентами. Недоплаченное.

И Магомед выложил. Наличными и сию минуту. Его костюмчик отчистили-отгладили - и вернули специалиста по поддержке социально незащищенных слоев населения на рабочее место.

Итак, одни госслужащие рэкетнули другого госслужащего - и у него наготове оказалось 200 тысяч американских денег.

Еще один человек был в Чечне - молодой перспективный руководитель Шалинского района Ахмед. Тот же Кадыров-папа пригласил Ахмеда работать главой администрации из Тольятти. Недавно Ахмеда похитили в тот же Центорой, отлупили и потребовали за освобождение 100 тысяч долларов.

Отдал. Правда, с лишением должности, потому что кадыровский рэкет-контроль пришел к выводу, что Ахмед утаил слишком много и нет перспективы договориться. И тот бежал прямиком за границу. Теперь в главах администрации Шалинского района совсем "свой" - некто Эдуард Закаев, друг Кадырова-сына, а не Кадырова-папы.

Однако что это за долги? Такого-то масштаба? Как они в принципе могут образовываться между госслужащими?

Еще год назад, в первые месяцы после воцарения Кадырова-сына, "своими" в Чечне считались верные люди. Другое дело, что "верный" означало прежде всего повязанный кровью, но все равно же верный. Теперь "свой" - тот, кто ворует и способен платить дань. Все чиновники в Чечне и все силовики платят ее наверх - кадыровскому клану, и чем выше чиновник, тем больше сумма. И силовой чиновник, и социальный. И платят на постоянной основе. Только с одного районного отделения милиции полагается в месяц, например, по числу реально работающих сотрудников, умноженному на тысячу. 150 сотрудников - 150 тысяч ежемесячно в Центорой.

Не приведи Господь утаить - у кадыровцев собственная служба рэкет-контроля, отлично налаженная. Куда эффективнее той, что гоняется, как полагает Путин, за Басаевым. Не отдал дань, укрыл что-то - по башке, и сумма увеличивается на штраф. Опять не заплатил - или бежать надо, или "окончательное похищение", со смертельным исходом.

То есть: стоит рынок, над ним "пацаны". Обходят точки в назначенное время и получают долю. "Пацаны", понятно, - частно практикующая банда. А в Чечне она - под прикрытием высшей государственной власти России. И поэтому позволено абсолютно все. И разбой, и разврат. И экономика, и политика. И назначение кандидатами в депутаты. Уже и членство в "Единой России" не помогает - платить надо и обещать платить дальше.

Еще один пример: был при Кадыровых один персонаж. Таус - вернейший из верных, цепной пес чеченизации. Таус долго жил в семье Кадыровых. Уважал Ахмат-Хаджи. Служил ему и по наследству перешел служить Рамзану, которого знал с малолетства. Таус мечтал быть большим политиком - это он разрабатывал договор о разграничении полномочий, ездил на прием к Суркову. Мечтал стать главой парламента и до некоторых пор жил в ранге председателя госсовета ЧР, этакого квазипарламентского органа, штамповавшего политические решения под Ахмат-Хаджи и Рамзана.

И вот случилась ссора. Даже вернейший из верных не выдержал супернаглости кадыровской банды и суперпоборов, которыми они обложили республику. И на правах старого товарища посмел что-то высказать вконец распоясавшемуся Рамзану. И Рамзан его побил, как собаку. Публично. Как привык бить тех, кто ему не нравится. Бац по морде - и пошел вон.

И пошел. И главой парламента еще до выборов назначен Рамзаном другой - Дук-Ваха. Из сельхозминистерства - и вице-премьер. Кстати, это сельхозминистерство платит в Центорой почти больше остальных министерств, так поставил Дук-Ваха, чтобы подмазать свою карьеру.

К чему клоню? Накануне очередных выборов "под евро" Чечня окончательно превратилась в большой байский базар. Где бай - единственный олигарх, с "хаммерами", золотыми унитазами, жесточайшим репрессивным аппаратом, не способным остановиться ни перед чем, и прочими признаками туркменбашизма.

Вы знаете, чем занят парламент в Туркменистане? Он штампует решения Туркменбаши. Так и в Чечне мастерят сейчас оградку, которая будет декорировать под "евро" режим полнейшего туркменбашизма. Механизм для проштамповки того, что левая пятка Рамзана пожелает.

Конечно, жалко людей, бегущих наперегонки и несущих перед собой деньги за право стать пустыми местами, наподобие того, во что превратился за минувший год "всенародно избранный" президент ЧР Алханов. Но каждый ведь сам для себя выбирает: хотят - и бегут, и несут. Когда есть и другие: их тоже тягали "в кандидаты" - отказались категорически.

Нет никаких сил принять лишь одно: за что же положили свои жизни тысячи и тысячи людей начиная с 99-го года? За "это" самое? И за что так страшно мучаются теперь люди, оставшиеся в живых, существуя без каких-либо удобств, приличествующих XXI веку, по чеченским развалинам и руинам?

Трудно признать, но следует: все принесенные жертвы ныне выстроенный режим списал, жертвы были бессмысленны. Накануне 27 ноября 2005 года в Чечне фактически наступил 97-й басаевский год, когда Масхадов был слаб, а верховодил точно такой же бандитизм, возведенный в государственную политику.

После 97-го был 99-й. И сейчас такое долго продолжаться не может. Война на этой и без того исплакавшей все глаза земле опять очень вероятна. Короче, выборы через десять дней.

Анна Политковская

Опубликовано 17 ноября 2005 года