Споры о шариате, которого нет

Северный Кавказ глазами блогеров" – совместный проект Русской службы Би-би-си и Интернет-СМИ "Кавказский узел".

Лечи Хамзатов из Грозного рассказывает о рельном восприятии шариата в современной Чечне.

Лечи Хамзатов (псевдоним): "Родился в Астраханской области. Закончил школу и ВУЗ в городе Грозном Чеченской Республики. В настоящее время живу в Грозном. По профессии историк. Журналистикой увлекся два года назад. Также занимаюсь частным бизнесом".

Неожиданное заявление московского адвоката чеченского происхождения Дагира Хасавова относительно необходимости срочного введения в России шариатских судов стало предметом жарких дискуссий в последующие недели. Сейчас Хасавову грозит лишение его адвокатского статуса, а сам он намерен подать в суд на телеканал Рен-ТВ, считая, что его просто "подставили". 

24-го апреля в интервью каналу Рен-ТВ Хасавов в непривычно жесткой форме заявил о необходимости введения в России шариатских судов. "Мы у себя дома и будем устанавливать те правила, которые нас устраивают. Любые попытки изменить это обернутся кровью", - говорилось в выдержке из интервью адвоката, которую привел телеканал.

Заявление прозвучало провокационно. Чеченские власти, включая главу республики, депутатов Госдумы и председателем Духовного управления мусульман Чечни, тут же назвали выступление Хасавова провокацией и, как заявил Рамзан Кадыров, "слабо прикрытой попыткой представить ислам в негативном свете, вызвать в адрес религии и мусульман России поток критики и даже ненависти".

Вполне понятно, почему именно чеченские верхи жестко отреагировали  на заявление Хасавова. Во-первых, Дагир Хасавов вляется уроженцем Чечни. Достаточно посмотреть на многочисленные комментарии по скандальному поводу, где имя Хасавова связывают исключительно с Чечней, а его называют не иначе, как "чеченским адвокатом".  Во-вторых, чеченские власти денно и нощно пытаются пропагандировать свою версию ислама в целом, и шариата в частности, и "конкурент" в этой области в лице московского адвоката им совершенно не нужен.

Надо сказать, что в самой Чечне отношение к шариату и нормам исламского законодательства довольно специфическое. О шариате или о тех же адатах (правовые нормы в чеченской традиции) у нас больше говорят, нежели следуют им. Попытки подменить светские законы нормами шариата предпринимались в свое время руководством Ичкерии, но они вылились в палочные наказания для употребляющих алкоголь и привели к расстрелам нескольких человек, обвиняемых в совершении убийств в центре Грозного.

Нынешние чеченские власти к шариату относятся с определенной долей осторожности. Из всего того, что включает в себя мусульманское законодательство и чеченские адаты, распространены нормы, разрешающие многоженство (сам Рамзан Кадыров неоднократно заявлял, что ислам разрешает иметь четырех жен и фактически поощрял полигамию),  расправы над женщинами за внебрачные связи  (так называемые "убийства чести") и обычай кровной мести. Впрочем, и последний в Чечне объявлен как бы пережитком прошлого и в прошлом году руководство объявило о примирении всех кровников и закрытии этого вопроса в принципе.

Впрочем, руководство Чечни, на словах ратующее за шариат и проводящее политику условной умеренной исламизации, совершает немало поступков, которые ислам считает совершенно недопустимыми и которые к тому же идут вразрез с чеченскими адатами. Например, присвоение мечетям имен отца, брата и матери действующего главы республики. Или обвешивание улиц городов и сел огромными билбордами и баннерами с изображениями Ахмата и Рамзана Кадыровых, не говоря уже о постоянной рекламе и саморекламе, проводимой главой Чечни.

Если в самой сегодняшней Чечне отсутствуют реальные шариатские суды, то  почему вдруг солидный, вполне себе светский московский адвокат, имеющий определенную репутацию и известность, вдруг решился поднять эту тему в Москве и развернуть ее до масштабов всей страны? Зачем ему вообще понадобилось это делать?

По крайней мере, реакция в самой Чечне свидетельствует о том, что интервью юриста в передаче РЕН ТВ многие восприняли не только как антироссийское, но и как античеченское.

Вспомним, как ичкерийские власти в период между двумя военными кампаниями дискредитировали шариатское право, прямо в центре Грозного на глазах многотысячной толпы устраивая публичные расстрелы людей. Вряд ли в Высшей школе МВД СССР (которую, кстати, в свою время окончил Хасавов), преподавали основы шариата. Однако многие тогдашние высокопоставленные лидеры Ичкерии, были бывшими сотрудниками МВД СССР.

Несколько фраз адвоката и офицера милиции в отставке (обдуманные или необдуманные, вырезанные из контекста или нет) вновь дискредитировали в глазах подавляющей части российской общественности само понятие шариатских судов.

Реакция на интервью, показанное РЕН ТВ, в итоге заставила Дагира Хасавова срочно уехать за границу. Нужно отметить, что в качестве места временного обитания он выбрал не мусульманскую страну с развитой системой шариатского судопроизводства, за которые он ратовал (если не Судан, то хотя бы Катар, Саудовскую Аравию или Кувейт), а одно из европейских государств.