"Умом собаки держится мир". Об отношении к собаке на Северном Кавказе

Кажется, в своем блоге я еще не писала о культуре отношения к животным на Северном Кавказе. Между тем древние тотемы народов Кавказа, животные – мифические основатели целых родов и фамилий, образы богов- покровителей животных, пищевые табу – тема и захватывающая, и временами даже мистическая.  

В сегодняшнем посте – об отношении народов Кавказа к собаке.

Особое отношение к собаке – тема почти всех древних цивилизаций. Собака – это неизменный спутник и друг человека, она помогает ему охотиться, сторожить скот, при этом проявляет преданность, на которую способен не каждый человек. "Собака так преданна, что даже не веришь в то, что человек заслуживает такой любви",- писал И. Ильф. 

По своей энергетической насыщенности в фольклоре образ собаки близок к образу коня. Собака - и еще мифологический, сказочный и культовый  персонаж со всеми вытекающими из этого последствиями.  

Мы помним знаменитую собаку Баскервиллей, черных псов древних шотландских поверий и собак, вознесенных на невиданную культовую высоту и почитание в древнем Египте.  

В Египте покровитель умерших Анубис почитался в образе дикой собаки Саб или собакоголового человека. Анубис-Саб (по-египетски  «судья») судил богов и простых смертных. Анубис обладал титулами - Владыка царства мертвых», «Стоящий впереди чертога богов».  Центр его культа находился в Каннополе, что, собственно, и переводится с греческого как «город собаки».    

Другой известный персонаж (уже из греческой мифологии)  -  Цербер, страж rpеческоrо ада, с тремя  песьими rоловами и устрашающим рычанием. Цербер  нaдежно охранял ворота заrpобноrо царства Аида, и лишь Геракл, величайший rерой Эллады, укротил его нрав и доставил во двор микенского царя. 

Доместикацию собак ученые датируют VII тыс. до н.э. Среди предков кавказских народов культ собаки был распространен  с III тыс. до н.э. и позже, о чем свидетельствуют памятники куро-аракской, кобанской и других археологических культур, в которых собаковидные существа – излюбленный мотив бронзовых изделий. 

Поясные пряжки с изображениями оленя и собаки, с инкрустацией железом. Длина 17,2 см. Первая половина I тысячелетия до н. э. Кобанский могильник (Северная Осетия). 

В легендарном нартском эпосе народов Кавказа тема собаки уступает разве что теме коней. Об особом отношении к собакам свидетельствует осетинская версия Нартского эпоса. Собаки присутствуют в каждом дворе алан, сопровождают нартов в походах, верно служат героям нартского  эпоса, начиная от воинственного нарта Сослана и заканчивая его прямой противоположностью - Сырдоном.  

В одном из сказании волки беседуют со старейшим Урызмагом, который предварительно превратился именно в собаку. В другом сказании на собрании старейшин Батрадз, отвечая на один из вопросов,  заявляет, что отваге и сообразительности в бою он научился у своей охотничьей собаки. Нартский эпос сохранил кличку  прародителя собак, крылатой борзой всесильного Уастырджи, куиты-сæр – Силам. У осетин существовали и клятвы собаками.

Бронзовые статуэтки домашних и диких животных из Тлийского могильника (Южная Осетия). 1—6 — олень; 7—13 — лошадь; 14 — бык; 15 — корова; 16, 17, 20 — козел; 18—19 — баран; 21—24 — собака

О культе собаки у карачаевцев и балкарцев свидетельствует  название первой рубашки, которую шили младенцу – «итлик келек», т.е. «собачья рубашка», и волос от первой стрижки – «итлик чач» – «собачьи волосы». Их хранили вплоть до того времени, когда ребенок станет взрослым.  Согласно представлениям тюркоязычных народов Кавказа, наиболее опасными для жизни и здоровья ребенка являлись первые сорок дней с момента его рождения. В этот период ребенок был уязвим для «злых духов», «колдовства», «дурного глаза» и т.д. Чтобы оградить его от зла,  родители использовали магические приемы, в том числе  младенца иногда пеленали в корыте для корма собак или на месте, где любила отлеживаться собака. 

Черкесы знали несколько разновидностей собак – гончие, борзые, овчарки, лайки, норные таксы, легавые. В черкесском  ономастиконе часто встречаются  фамилии с компонентами хьэ "собака" и шы "лошадь".
В этом отношении показателен анализ личных имен и фамилий, восходящих к корню хьэ "собака", созвучному с названиями собаки в ряде кавказских языков.
Многочисленность «собачьих» имен на фоне остальных бросалась в глаза всем исследователям адыгских языков. Так, еще проф. Н.Ф.Яковлев, написавший знаменитую «Грамматику адыгейского языка» в 1940-х годах вместе со своим аспирантом Д.А.Ашхамафом, и позже - при составлении «Грамматики кабардинского языка» отмечал, что «наиболее древним домашним животным у предков черкесов была, как и у других народов, собака –хьэ»,… «называя детей... собачьими именами, родители считали, что они, выказывая этим свою нелюбовь к детям, "обманывают" таким образом смерть и тем предохраняют их от гибели». Действительно, как и у многих других народов, у адыгов собака имела культовое значение. По воззрениям черкесов собака обладала магической силой, могла предохранить человека от гибели и различных болезней. Вот почему ребенку давали имя, в котором часто присутствовал этот апотропеический компонент, выполнявший защитную функцию (И. Пшибиев).

Профессор Р.Ю. Намитокова считает, что, возможно, "собачьи имена" поэтому были не столько "обманными", сколько просто культовыми, своеобразными тотемами.
Очевидно, что многие личные имена, обязанные этому компоненту, перешли в фамилии. И можно предположить, что, следовательно, в фамилиях сохранились бывшие имена-прозвища. Это подтверждается, если обратиться к историческим документам прошлого века, зафиксировавшим их на стадии личных имен. Лингвист И.Х.Пшибиев выявил более ста антропонимов с компонентом –хьэ, профессорЗ.У.Блягоз отметил около 120 личных имен и фамилий с этим компонентом в адыгейской антропонимии – Хахов, Хакар, Хаширов, Хафице, Хагуров, Хакурате, личное имя Хазеша (букв- «собаковод»)  у кабардинцев и  др.
В адыгейской «Сказке о пшитле» рассказывается, что сын не возвращался с охоты месяцами . Вместе  с ним всегда были его верные собаки. Одна из них бегала далеко впереди хозяина и, почуяв опасность, возвращалась обратно, чтобы предупредить его о беде».

По преданию, мудрая абхазка, увидев открытыми настежь врата небесные, попросила Бога, чтобы он дал ей и ее роду четыре самых важных элемента, без которых человек не может существовать – потомство, собак, молока, хлеб.

У некоторых народов Кавказа ребенка, у которого появились язвы на голове, пеленали на месте, где закопана дохлая собака, проводя по голове старым гребешком - видимо, для того, чтобы магическая сила собаки впиталась в язвы и исцелила их. Чтобы остановить дождь или ветер, пекли пирог с начинкой из сыра и клали на том месте, где был закопан дохлый щенок.

Верили также, что душа мертвого человека вселяется в собаку, поэтому собаку, которая начинала выть возле дома, обязательно прогоняли, считая, что она предвещает смерть одного из живущих в доме..