Кавказ и кавказцы в советском кино. "Отец солдата"

«Отец солдата» (1965) Резо Чхеидзе – гениальный культовый фильм о войне, и эта лента выражение уникального феномена, который называется грузинское кино.

 В Грузии в бытность ее советской республикой  количество выдающихся режиссеров на душу населения и на единицу площади студии "Грузия-фильм" превышало все мыслимые голливудские и франко-итальянские стандарты. Процветали кинодинастии (братья Шенгелая, сыновья Николая Шенгелаи и грузинской звезды Наты Вачнадзе), грузинский неореализм  и его отцы - основатели  Резо Чхеидзе и Тенгиз Абуладзе породил множество талантливых учеников, сформировалась и расцвела грузинская школа кино, в которой жанр притчи был излюбленным…

 Грузинское кино на своем пике  в конце  1960-х — начале 1980-х годов  всегда возвышалось над суетой и обыденностью и было обращено к вечным ценностям.

 «Отец солдата» – казалось бы, идеологический фильм -  сделан как античная притча. Путь старого грузинского виноградаря Георгия Махарашвили (Серго Закариадзе) в поисках своего раненого на фронте сына, в финале которого сын умирает на руках отца  – это и есть одновременно выражение и трагедии всех войн, и метафора корневой связи Отца и Сына, и одновременно вечная тема смысла человеческой жизни.

 События в фильме разворачиваются во время Великой отечественной войны. Георгий Махарашвили едет на фронт, чтобы повидаться со своим сыном-танкистом, но разыскать сына в этой мясорубке человеческих тел и судеб оказывается не так-то просто.

 Так Георгий остается в действующей армии и вместе с советскими войсками он проходит весь путь до Берлина, до победы над врагом.

 В фильме есть и комедийные нотки -  они создаются режиссером через мелодику грузинского говора, чудачества и странности главного героя.

 На войне Георгий  сумел сохранить в себе человека, он не стал разрушителем. Связь с землей,  крепкая крестьянская натура спасли его от разрушения личности. Ведь всю свою жизнь Георгий работал на земле, растил виноград, сажал сады. Для него ответственность за  землю, за людей вокруг, за сына, с которым он встретился, но не смог спасти – главный жизненный принцип.

В «Отце солдата» Георгий Махарашвили стал символом Отца.

   Когда режиссер Резо Чхеидзе встретил Сергея Закариадзе, последний был очень известным в Грузии актером – в его резюме были большие трагические роли – короля Лира, царя Эдипа.  Когда Закариадзе первый раз читал сценарий, вспоминает Чхеидзе, и дочитал текст до места, где Георгий доходит до Берлина и встречается там со своим сыном, который погибает, актер  стал плакать навзрыд: «Неужели я буду таким счастливым человеком, что смогу играть эту великую роль?»

 По признанию Резо Чхеидзе, однажды он получил  письмо из Севастополя. В нем рассказывался конкретный случай, когда молодой человек пришел в милицию, чтобы признаться в совершении кражи. Когда у него спросили, почему он пошел на этот шаг, тот ответил: «Я только что посмотрел фильм «Отец солдата» и решил, что буду честно жить на белом свете».

 В городе Гурджаани благодарные земляки поставили памятник киногерою Георгию Махарашвили, памятник всем отцам солдат.

Отец солдата – это образ  грузина, щедрого, земного, хлебосольного, масштабного, который был органичен для советского времени.  Теперь у нас конструируется другой образ грузина, образ политический – это образ коварного и алчного недруга. Образы меняются также, как и времена…