Ужесточение риторики в вопросе Арцаха: что будет делать Москва?

Вчера, 2 апреля, состоялся телефонный разговор между президентами России и Азербайджана, в ходе которого Алиев представил Путину свою оценку встречи с Пашиняном. 

Чем отличается оценка Алиева от нашей оценки - можно догадаться по сделанному в тот же день заявлению Алиева о том, что война с Арменией не закончена, закончен лишь ее первый этап. Он также заявил, что предотвратил шаги Армении по изменению формата переговоров. 

В то же время Пашинян поддержал заявление министра обороны Армении Давида Тонояна. Помните - "новая война - новые территории"!

Фото со страницы КУ.

Таким образом, предшествовавшую венской встрече положительную и сдержанную тональность стороны сменили на довольно агрессивную и жесткую. В целом, конечно, удивляться нечему. Было бы наивно думать, что дальше риторика сторон будет лишь мирной и сдержанной. Пока еще до этого очень далеко. Приблизится или нет - это серьезный политической вопрос в контексте, так сказать, перспективы получения Арцахом статуса Кипра. С другой стороны, в этом вопросе ключевым становится российский фактор, как один из ключевых факторов региональной безопасности, и "кипроизация" ситуации не помещается в рамках стратегии РФ. Не помещается там также война, как, однако, и определенная длительная и стабильная "заморозка". 

Конечно, поведение Москвы во многом зависит от политики сторон. В этом смысле, ужесточение риторики Армении и Азербайджана может быть рассмотрено в рамках борьбы за поведение Москвы. 

Так, по мнению газеты "Жаманак", озвученный Арменией новый принцип - новая планка, которую Армения, ставя перед собой, ставит также перед своим союзником. Если к этому добавить также то, что еще в прошлом году Армения устами премьера возложила на Москву региональную ответственность за невозобновление войны, то получается, что либо Москве придется пойти на серьезные шаги по сдерживанию Азербайджана, либо - на шаги против Армении.

И вообще, не одной Армении надо думать о последствиях. О последствиях надо подумать и России, поскольку она попросту может потерять Кавказ.