Гюмри все тот же Ленинакан-88

На днях гостил у родственников в Гюмри (бывшй Ленинакан), и картина, которую я там увидел, потрясла меня. По соседству с моими родственниками расположены около десятка маленьких домиков-вагончиков (типа рабочих вагончиков) периода землетрясения 1988 года. Порыпанные временем вагончики оказались пристанищем гюмрийцев, потерявших свои дома во время землетрясения, и так за эти 20 лет и не получивших квартиры. Так и живут по сей день в них.

Но больше всего меня потрясла история женщин, живущих в одном из них. Это 45-летняя Араксия и ее 16 летняя, страдающая умственной неполноценностью дочь Асмик. Вагончик Араксии выдали в 89-м году, и с тех пор она там живет. Сначала одна, потом родила дочь, и уже вдвоем. Почва под домиком влажная, земля постепенно оседает и дом, буквально плавает в воде.

Пораженный степенью обшарпанности домика, я попросил родственника постучаться к ним, чтобы своими глазами увидеть, как они живут.

В домике оказалась всего одна сырая и холодная комната - в ней мать с дочерью спят, там же едят, там и моются. Изможденная, выглядевшая много больше своих 45-ти Араксия рассказала, что из-за постоянной слякоти выходить с наступлением темноты во двор невозможно. По ночам их посещают незванные гости – разнообразные насекомые и крысы.

Дочь нуждается в лекарствах, в периодическом медицинском надзоре, а

единственный доход семьи – пособие и пенсия в 20 тыс. драмов (около $40). Работы у Араксии нет, за Асмик нужен уход, и она подрабатывает тем, что в сезон собирает на полях картофель. Говорит, жить как-то удается, но жилищные условия стали уже невыносимыми. Матери, растящей в сыром доме больную дочь, уже сколько лет подряд обещают квартиру. Но Араксия сказала, что скорее всего "до своей очереди не доживет".

Потрясенный этим зрелищем, я оставил у нее на подобии стола все, что у меня в кармане на этот момент было и вышел.

Намечавшийся маленький семейный праздник с родственниками не получился. Настроение было испоганено в конец...