Об историях с чеченскими студентками и ингушской кулинаркой

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

За последние дни были две истории, связанные с исламским дресс-кодом для женщин. Это история со студентками в астраханском ВУЗе, где руководство запретило девушкам приходить на занятие в хиджабах. Об этом писал КУ и интересно выразился автор блога Чечня инсайд. Вторая история – это эпизод  с ингушской девочкой, которую наоборот обвинили в том, что она одевается светски, носит брюки и не носит платок,  да еще и пожала руку ведущему  кулинарного шоу. Девочка дала интервью, где оправдала свое рукопожатие тем, что её рука была в этот момент в перчатке, и рассказала, что несмотря на хейт, есть люди, которые её поддерживают. За свой лук она оправдываться не стала. 

Есть ли принципиальная разница между проректорами, которые из-за того, что девушка одета в мусульманскую одежду грозят отчислением и мужчинами, которые пишут девочке гадости из-за того, что она не одета в мусульманскую одежду? Для меня  нет никакой разницы -  в том и другом случае это вопрос несвободы, ограничение выбора, это мужчины, которые указывает женщине как ей выглядеть.  

Я человек, который верит в бога только во время турбулентности, и вы меня можете упрекнуть в том, что не мне рассуждать об исламском дресс-коде. Да, могу ошибаться в тонкостях религиозных правил и  рассуждаю как человек, для которого высшей ценностью является свобода. Правда так получается, что наши мнения с Наташей Тамбиевой из аппарата ДУМ в Санкт-Петербурге совпадают. Кстати, Тамбиева называет себя исламской феминисткой.  

Вот отрывок, где она говорит о хиджабе: « С хиджабом связано сразу две важных для исламского феминизма истории. Первая – когда по закону государства женщина не имеет права появиться на улице без головного убора. Как, например, в Иране и во многих арабских странах. Часто в таких местах мужчины, несмотря на законы и запреты, чувствуют себя очень свободно и делают все, что хотят, а женщины почему-то должны нести знамя послушания и олицетворять все хорошее, что сами мужчины не соблюдают. И у женщин возникает протест, в том числе и потому, что у них нет выбора. Уезжая из страны, эти женщины тут же снимают платок. Они устраивают митинги и демонстрации за то, чтобы его не носить. Потому что главный столп патриархата для них – это ношение платка. Но есть и другая история, когда женщины сами решают надеть хиджаб. И таких женщин очень много. Например, у нас в России большинство мусульманок, которые носят сегодня платок, надевают его по собственному выбору и часто вопреки мнению родственников. Они свободны в своем выборе, они сделали это осознанно, это продолжение их религии, это часть их идентичности. Поэтому возникают движения женщин, которые борются за то, чтобы носить платок. Для них он никак не связан с патриархатом. Важно, чтобы у каждой женщины было право выбора». 

Кстати, на Даптаре, есть много историй про девушек, которые сняли хиджаб или наоборот его надели. В обоих случаях они сталкиваются с осуждением. Вот, например, история еще одной  ингушской девушки, которая вместо принятых в Ингушетии  платка и юбки стала носить хиджаб.  На то, чтобы родные приняли ее решение, понабилось немало времени.  Было бы прекрасно, если бы  кто-то прислушался к голосам этим женщин.

«Запретное», Ибрагим Ихлазов