граффити раздора

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.

Комитет по охране памятников Северной Осетии подал в суд на художника Давида Цагараева из-за граффити. Рисунок считают в комитете вандализмом из-за того, что историческое здание 1902 года, на котором он нарисован, является объектом культурного наследия. 

Граффити Цагараева изображает уличного музыканта Аслана Уртаева, который играл на балалайке на рынках города и на главной пешеходной улице  Владикавказа проспекте Мира. Мужчина скончался в 2018 году, незадолго до этого кто-то снял интервью с ним - оказалось, что у Уртаева сложная судьба, он беженец из Таджикистана, потерял всё, включая документы, которые не мог восстановить много лет. 

После смерти балалаечника  неравнодушные люди, которые провозгласили Уртаева символом или хранителем проспекта, выдвигали инициативы установить музыканту памятник или памятную табличку. В итоге память увековечили рисунком на стене здания  на углу улиц проспект Мира и Горького, там где музыкант обычно и собирал деньги за свою игру. 

Пользователи негативно отреагировали на новость о судебных претензиях комитета и совершенно справедливо указали на то, что комитет не обращает внимания на более значимые и явные нарушения - незаконные постройки, уродование исторических фасадов и разрушение объектов культурного наследия. Этот рисунок никому не мешает- сходились во мнении комментаторы. 

Я абсолютно солидарна с претензиями к комитету по охране памятников. Но призывать комитет к несоблюдению закона, потому что они плохо исполняют свои обязанности не правильно.

Рисунок тем не менее не убирают, очевидно, опасаясь гнева горожан. Много раз видела, что возле него останавливаются гиды и что-то рассказывают группам туристов. Так личность человека, которому никто за долгие годы не помог оформить документы, легендаризировалась на наших глазах в историю  любимца публики. Уверена, что если спросить рандомного местного чем примечательно это здание, то он, глядя на граффити, скажет, что тут играл Уртаев и не вспомнит, что это здание архитектора Шмидта, что раньше на втором этаже этого здания было общество взаимного кредита, а на первом типография, где печатали "Осетинскую лиру" - главный сборник стихов основоположника осетинской литературы Коста Хетагурова. 

Думаю, что есть и те, кому  не нравится это граффити, но сказать о таком значит выставить себя бессердечным, злым и вынести хейт более сердечных и добрых.  Признаюсь, мне тоже не хотелось бы вступать на эти баррикады и я помалкиваю о том, что никогда не любила подобную примитивную уличную игру на балалайке, меня она скорее раздражала. Символом проспекта для меня является модерн на фоне гор, трамвай, праздничная атмосфера в любой день недели и люди, которые не спеша прохаживаются, разглядывая друг друга. Но, конечно, тут решать большинству. Если это действительно так важно для многих людей и это не просто безопасная территория для конфронтации с властью, то почему бы комитету не прислушаться. 

Сейчас в центре города уличных музыкантов стало очень много, намного больше, чем во времена Уртаева.  И когда сегодня я иду по проспекту, слушая "Батарейку" на каждом углу в разных тональностях, я думаю - а ведь сейчас для кого-то эти музыканты становятся символами проспекта или его хранителями даже. Хватит ли нам исторических зданий на них всех?

То самое здание:

Граффити:

Более удачная работа Цагараева, на мой взгляд - мурал, изображающий композитора Давида Хаханова. Тут нравится и сам рисунок и место - безликая стена концертного зала сельхозинститута стала лучше, а Хаханов смотрит на немецкую кирху, которая долгие годы уже является концертным залом: