«И снится нам трава, трава у дома..» Почему все труднее найти натуральные молочные продукты 

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.

Каждый раз, купив в супермаркете молоко, творог и сливочное масло, с подозрением смотрю на них, думая, интересно, из чего они сделаны, можно ли их употреблять без последствий для здоровья?

О пальмовом жире, из которого производители делают всю молочную продукцию, не слышал только глухой. Зная об этом, все чаще пытаюсь найти на рынке бабушек, которые устроившись на низких стульчиках, торгуют молочкой. В ходе покупки любопытствую – сколько у нее коров, где они пасутся. Потому что знаю, что коров в селах с каждым годом становится все меньше. Их негде пасти – все пастбища переданы в аренду частникам и распаханы. Села, за небольшим исключением, остались без возможности выпасать скот и заготавливать сено. С каждым годом площадь пастбищ скукоживается как шагреневая кожа. И стоит ли после этого удивляться, почему вдруг цена на сливочное масло приблизилась к цене черной икры.

В селении Нижний Черек Урванского района Кабардино-Балкарии этой осенью местный житель начал дисковать сельское пастбище, расположенное вдоль реки Черек. Оказалось, что администрация села передала пастбище в аренду частнику, игнорируя при этом интересы других жителей селения, для которых пастбище было местом, где они могли пасти скот. 

Жители возмущены таким отношением к их интересам со стороны руководства села. Теперь, чтобы не пустить своих коров под нож, они вынуждены за дорого покупать сено.

Так местный житель Анзор Пшибихов, у которого в хозяйстве пять коров, благодаря которым он содержит свою семью, говорит, что ему пришлось купить 500 тюков сена, заплатив за это 85 тысяч рублей – значительные для сельского жителя деньги. 

«Я просил землю в аренду, но мне не дали ни одного гектара», - говорит он.

В трудной ситуации оказались также жители селения - Беслан Шекихачев, Мачраил Шандиров и другие, державшие в хозяйстве животных – коров и овец. Они также сетуют, что, передавая сельское пастбище частнику, местная администрация не учла не только их интересы, но и факт того, что пастбище находится в водоохранной зоне и его вспашка может привести к эрозии почвы.

Один из сельских жителей по этому поводу написал жалобу в Москву. Жалобу переслали в район, оттуда в село, в итоге ему устроили выволочку. Убедившись, что справедливости не добиться, он решил продать своих коров, как говорится, «от греха подальше».
В результате подобных действий местной бюрократии, число безработных сельских жителей становится все больше. А безработица влечет за собой отток населения в города. 

Отсутствие пастбищ и сенокосных угодий делает завтрашний день для сельчан все более призрачным. 

В соответствии с ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» пастбище могут быть переданы в аренду, как и пашня. 
Но при этом в законе подчеркивается, что оборот земель сельскохозяйственного назначения основывается в том числе на принципе сохранения целевого использования земельных участков.

Но, получив пастбища в аренду, частники с ними потом делают, что хотят.

Там же, вдоль берега реки Черек, уже строят водоем, высаживают многолетние растения. Кто им это позволил – неизвестно.
Так и теряются пастбища, а местные руководители не задумываются о том, как жить сельским жителям без пастбищ.

Из ситуации есть выход.

Жители, которые держат скот, могут объединиться и сами взять пастбища в аренду, а заодно требовать внесения изменений в закон о том, чтобы пастбищам и сенокосам был придан статус общественных земель. Это вполне реально. Ведь из Конституции России пока еще никто не исключал положение о том, что земля и недра принадлежат народу.